— Понятно, можешь его не доставать. Хороший аппарат, чтобы папу и маму фотографировать. Но для начала лучше и не надо, — сказал он быстро. — А что ты сам хочешь фотографировать?

— Не знаю. Сначала хочу просто научиться.

— Научиться что? На кнопку нажимать?

— Да. И на кнопку нажимать, и чтобы в итоге получилась фотография.

Он тут же наклонился ко мне ближе.

— Молодец! А ты сердитый, — заулыбался он. В итоге фотография, говоришь? Это правильно. Только вот, что будет на этой фотографии? Вот вопрос. От твоего ответа зависит, будем мы общаться, или я научу тебя родителей фотографировать, или мы попрощаемся прямо сейчас раз и навсегда, — он сделал паузу. — Читаешь много?

Я не ожидал такого вопроса. И хоть мой четырнадцатилетний возраст кричал мне, что я не обязан отвечать и вообще подвергаться допросу, но человек, сидящий напротив меня этот крик заглушал.

— Читаю! — ответил я, поразмыслив. — Немного.

— А кого любишь читать, каких писателей? Только не из школьной программы, я не экзаменатор.

— Люблю… — снова задумался я, — Джека Лондона, Эдгара По, Стивенсона люблю. А в школьной программе тоже есть хорошие книги.

— Какие такие?

— «Капитанская дочка», «Мёртвые души»…

— Прочитал?

— Да. Прочитал.

— А у Джека Лондона что больше всего нравится?

— Рассказы.

— Ну, слушай! Это несерьёзно! Рассказы, — возмутился он.

— Почему? — удивился я.

— Сказать, что тебе из произведений Джека Лондона нравятся рассказы — это ничего не сказать. Это всё равно, что на вопрос «какой твой любимый полонез» ответить «полонез Огинского», — разгорячено сказал он. — Какие рассказы нравятся. Что, все, что ли, нравятся?

— Нет, не все. Северные нравятся, а про южные моря или про бродяг не нравятся. И еще «Морской волк» нравится, но это роман.